И учет. В том-то, брат, и суть вопроса,Что темна для простаков:Тут ни пашни, ни покоса,Ни заводов, ни станков.Нам бы это все мешало -Уголь, сталь, зерно, стада... – Ах, вот так! Тогда, пожалуй,Ничего. А то беда.Это вроде как машинаСкорой помощи идет:Сама режет, сама давит,Сама помощь подает. – Ты, однако, шутки этиПро себя, солдат, оставь.– Шутки!Сутки на том свете -Даже к месту не пристал. Никому бы не мешая,Без бомбежки да в теплеМне поспать нужда большаяС недосыпу на земле. – Вот чудак, ужели трудноУяснить простой закон:Так ли, сяк ли – беспробудныйТы уже вкушаешь сон.Что тебе привычки тела?Что там койка и постель?.. – Но зачем тогда отделы,И начальства корпус целый,И другая канитель? Тот взглянул на друга хмуро,Головой повел:– Нельзя.– Почему?– Номенклатура,-И примолкнули друзья. Теркин сбился, огорошенТочно словом нехорошим.
x x x
И на Теркина солдатКак-то сбоку бросил взгляд.Так-то близко, далеко лиНовый видится квартал.Кто же там во власть покояПеред вечностью предстал? – Любопытствуешь?– Еще бы.Постигаю мир иной.– Там отдел у нас Особый,Так что – лучше стороной... – Посмотреть бы тоже ценно.– Да нельзя, поскольку онНи гражданским, ни военнымЗдесь властям не подчинен. – Что ж. Особый есть Особый.И вздохнув, примолкли оба.
