привык на этом свете,Так и мучится на том. Вот притих, уставясь тупо,Рот разинут, взгляд потух.Вдруг навел на строчки лупу,Избоченясь, как петух. И последнюю проверкуПрименяя, тот же листОн читает снизу кверху,А не только сверху вниз.Верен памятной науке,В скорбной думе морщит лоб. Попадись такому в рукиЭта сказка – тут и гроб!Он отечески согретымУвещаньем изведет.Прах от праха того света,Скажет: что еще за тот? Что за происк иль попыткаВоскресить вчерашний день,НеизжитокПережиткаИли тень на наш плетень?Впрочем, скажет, и не диво,Что избрал ты зыбкий путь.Потому – от коллективаОторвался – вот в чем суть. Задурил, кичась талантом,-Да всему же есть предел,-Новым, видите ли, ДантомОбъявиться захотел. Как же было не в догадку -Просто вызвать на бюроДа призвать тебя к порядку,Чтобы выправил перо. Чтобы попусту бумагуНа авось не тратил впредь:Не писал бы этак с маху -Дал бы планчик просмотреть. И без лишних притязанийПриступал тогда к труду,Да последних указанийДух всегда имел в виду. Дух тот брал бы за основуИ не ведал бы прорух... Тут, конечно, автор сноваВозразил бы:– Дух-то дух.Мол, и я не против духа,В духе смолоду учен.И по части духа -Слуха,Да и нюха -Не лишен. Но притом вопрос не праздныйВозникает сам собою:Ведь и дух бывает разный -То ли мертвый, то ль живой.За свои слова в ответеЯ недаром на посту:Мертвый дух на этом светеРазличаю за версту.И не той ли метой меченМертвых слов твоих набор.Что ж с тобой вести мне речи -Есть с живыми разговор! Проходите без опаскиЗа порог открытой сказкиВслед за Теркиным моим -Что там дальше – поглядим. Помещенья вроде ГУМа -Ходишь, бродишь, как дурной.Только нет людского шума -Всюду вечный выходной.Сбился с ног, в костях ломота,Где-нибудь пристать охота.
